Россия-Лебёдушка. Часть 2.

....продолжение, моей конкурсной работы - по количеству знаков не проходила в одной публикации...

Россия-Лебёдушка должна перестать гордиться своей способностью терпеть. Мне кажется, это вообще одна из самых опасных наших культурных привычек: «русский человек всё выдержит». Но зачем ему всё выдерживать? Неужели смысл жизни – в терпении?

Может быть, поэтому мне и нравится образ лебедя. Он не выглядит так, будто всё время что-то терпит и каждую секунду совершает подвиг – он просто спокойно плывёт, красиво, уверенно, без напряжения, и вода вокруг него остаётся гладкой.

Есть ещё одна причина, почему этот образ кажется мне важным. Лебедь не требует от всего озера стать лебедями. Он сохраняет собственную природу и не уничтожает чужую. Именно такой могла бы стать и новая Россия – страной, в которой не нужно быть «как все».

Можно верить в Бога и можно не верить, можно жить в Москве, а можно в маленьком селе, можно разговаривать на русском, татарском, башкирском, чеченском или якутском. Можно любить Чайковского, панк-рок или электронную музыку. Можно спорить с большинством. Можно быть странным. Можно ошибаться.

От этого страна не распадается.

Наоборот, по-настоящему сильная страна не боится различий. Разнообразия боится слабая система, потому что любое отличие воспринимает как угрозу своему контролю.

Поэтому Россия-Лебёдушка для меня – это пространство гармонии. Это сад или оркестр. В саду совершенно разные растения, но садовник не требует, чтобы роза стала берёзой. В оркестре скрипка не обязана звучать как барабан. Гармония возникает не тогда, когда все издают один звук, а когда разные голоса научились слышать друг друга.

Конечно, кто-нибудь возразит: мир значительно жёстче этой красивой картинки. Есть армии, войны, конкуренция, столкновение интересов. Это правда. Но любовь вовсе не означает беззащитности. Лебедь способен защищать гнездо. Человек, который уважает себя, обычно значительно твёрже умеет сказать «нет», чем человек закомплексованный и испуганный.

Есть огромная разница между способностью защитить собственный дом и постоянной потребностью врываться в чужие дома ради доказательства собственной силы.

Россия-Лебёдушка не полезет в чужое гнездо, потому что ей достаточно своего. И, возможно, именно тогда соседи наконец перестанут от нас шарахаться.

Представьте Россию, которой не боятся.

Для воспитанного на культе силы сознания эта мысль сначала действительно звучит почти оскорбительно. Как это – нас не боятся? Но потом возникает другой вопрос: а разве страх – единственная форма уважения?

Представьте Россию, в которую хотят приезжать. В университетах которой мечтают учиться иностранные студенты. Технологии которой покупает весь мир. Новых писателей которой переводят на десятки языков. Фильмы которой получают мировые награды не потому, что рассказывают об очередной русской трагедии, а потому что открывают новое понимание человека. Где предприниматели создают глобальные компании. Россию, интересную миру не потому, что у неё есть ядерная кнопка, а потому, что она постоянно создаёт что-то прекрасное.

Разве это не настоящее величие?

Мне пятьдесят два года. У меня уже нет детской уверенности, что всё обязательно закончится хорошо. Я слишком многое видела, чтобы верить в простые сказки. Но я видела и другое: люди способны меняться.

Я видела, как человек после пятидесяти начинал совершенно новую жизнь – как переставал пить, как впервые учился произносить «прости», как после десятилетий несчастливого существования вдруг обнаруживал, что способен любить. Я видела, как человек, считавший себя неудачником, находил дело, для которого, кажется, был рождён.

Юнг считал процесс становления целостной личности – индивидуацию – не  превращением человека в кого-то другого, а постепенным возвращением к самому себе: признанием собственной Тени, отказом от навязанных масок, соединением разрозненных частей личности. Возможно, что-то подобное необходимо и России. Необходимо не прятаться от себя за очередным мифом о собственном величии, а впервые всерьёз познакомиться с собой – увидеть хорошее и страшное, не отречься от прошлого, но и не поклоняться ему. Признать ошибки, не превращая признание в самоуничижение и, поняв собственные возможности, перестать завидовать чужим достижениям.

Если способен измениться отдельный человек, почему совершенно невозможно изменение народа?

Да, это намного сложнее. Возможно, потребуются годы, десятилетия, но любое изменение сначала должно стать вообразимым. Мы должны хотя бы разрешить себе представить другую Россию.

Поэтому мне хочется предложить очень простую вещь.

Давайте постепенно перестанем быть медведем. Нам пора меняться. И если сказка о гадком утёнке чему-то учит, то не тому, что однажды можно чудесным образом превратиться в прекрасную птицу. Она о другом: иногда главная трагедия заключается в том, что ты слишком долго пытаешься соответствовать неправильному представлению о самом себе.

Может быть, России тоже пора увидеть отражение в воде и наконец узнать себя.

Перестать соревноваться с другими птицами. Перестать доказывать, что она страшнее всех. Сбросить тяжёлую медвежью шкуру, пропитанную потом, страхом и кровью, и обнаружить под ней то, что в нашей культуре существовало всегда: способность чувствовать, любить, творить, искать красоту, мечтать.

Мне нравится представлять Россию-Лебёдушку, которая однажды поднимается над водой. На её крыльях больше не будет крови. Ей не нужно будет никого догонять, никого завоёвывать, никого заставлять дрожать. Она впервые полетит не туда, куда её толкает страх или историческая обида, а туда, куда сама сознательно выбрала – к развитию, красоте и любви.

И, возможно, тогда мы поймём простую вещь, которую почему-то было так трудно понять несколько столетий: величие — это не когда тебя боятся. Величие — это когда рядом с тобой хочется жить. Когда твоим детям хочется оставаться в твоей стране, а уехавшим — возвращаться. Когда старикам не страшно стареть. Когда соседям с тобой спокойно. Когда талантливому человеку не нужно спасаться от государства, чтобы реализовать свой талант. Когда обычному человеку просто хорошо жить.

Такой я вижу Заветную Россию.